Министр дерегулирования Федерико Стурсенеггер связал открытие аргентинской экономики, развитие Вака-Муэрта и масштабные горнодобывающие проекты с возможным разворотом вековой тенденции концентрации населения в агломерации Большого Буэнос-Айреса.
Федеральное правительство не планирует отдельной программы переселения, однако провинции уже оценивают будущую нагрузку на школы, больницы, жильё и другую инфраструктуру.
В обширном материале Financial Times под заголовком Milei’s great free trade experiment правительство Хавьера Милея представило логику своего экономического курса: открытие внешней торговли, сокращение государственного сектора и ставка на экспорт энергоносителей, минерального сырья и сельскохозяйственной продукции.
Именно в этом контексте министр дерегулирования и преобразования государства Федерико Стурсенеггер сформулировал демографический прогноз, который за считаные часы получил широкое распространение в аргентинских СМИ. Если нынешние макроэкономические условия закрепятся, в течение ближайших трёх десятилетий около четырёх миллионов человек могут покинуть агломерацию Большого Буэнос-Айреса и переселиться преимущественно в Патагонию и северо-западные провинции страны.
Эта цифра не является ни директивой правительства, ни целевым показателем какой-либо федеральной программы переселения. Речь идёт о прогнозе возможных последствий формирования новой производственной географии Аргентины.
Исторически население, рабочие места и промышленное производство страны концентрировались в АМБА — столичном регионе Буэнос-Айреса. Однако новая экономическая карта, которую описывают официальные собеседники британского издания, способна направить рабочую силу туда, где находятся природные ресурсы и концентрируются новые инвестиции: к нефтегазовым месторождениям юга страны и к залежам меди, лития, серебра и других полезных ископаемых на севере.
Два направления внутренней миграции: Патагония и север Аргентины
Стурсенеггер разделяет возможный миграционный поток на два приблизительно равных направления. Около двух миллионов человек, согласно этому сценарию, могли бы переселиться в нефтегазовый пояс Патагонии, прежде всего в район Вака-Муэрта. Ещё примерно два миллиона — в северные провинции, где реализуются или планируются крупные горнодобывающие проекты.
В совокупности речь идёт примерно о четырёх миллионах человек в течение тридцати лет.
В окружении министра уточнили происхождение этой оценки. Она основана на магистерской работе студентов Университета Сан-Андрес (UdeSA) In the long run we are all in the Pampas: Un modelo de transición demográfica para Argentina.
Разработанная авторами модель исходит из того, что закрепление экономической открытости, дерегулирования и масштабных инвестиций в экспортно ориентированные отрасли способно частично обратить вспять исторический процесс концентрации населения в столичной агломерации. В таком случае миграционный поток будет направлен из крупнейших городов — прежде всего из Большого Буэнос-Айреса — в провинции, располагающие природными ресурсами и новыми производственными площадками.
В рассматриваемом сценарии АМБА может потерять около 4,18 миллиона жителей, что соответствует примерно 23,9% его исходного населения.
Однако это вовсе не означает «опустошения Буэнос-Айреса». Речь идёт прежде всего о сокращении относительного веса столичной агломерации в территориальном распределении населения страны.
На противоположном полюсе модели некоторые провинции способны продемонстрировать исключительно высокий демографический рост. Население Катамарки, например, может увеличиться приблизительно на 237%, а Неукена — примерно на 180%.
Сопоставимые оценки Стурсенеггер ранее приводил в интервью Bloomberg Línea и в эфире Ahora Play. Тогда министр говорил о возможном перемещении примерно полутора миллионов человек в Неукен, одного миллиона — в Катамарку, а также приблизительно по 800 тысяч человек — в Жужуй и Сан-Хуан.
«Неукен в ближайшие тридцать лет будет иметь полтора миллиона человек», — утверждал он.
Ту же экономическую логику министр связывал с отменой ограничений на использование сельских земель и развитием лесной промышленности Корриентеса. По его оценке, устранение соответствующих барьеров способно привести к утроению валового регионального продукта этой провинции.
Стурсенеггер противопоставляет нынешнюю модель закрытой экономике предыдущих десятилетий, которая, по его словам, «убила внутренние районы» страны и способствовала концентрации экономической активности в Большом Буэнос-Айресе. В предлагаемой им модели экспорт вновь должен сделать экономически выгодными производство и занятость за пределами столичной агломерации.
Правительство не планирует переселение: миграцию должен определить рынок
Infobae обратился к представителям различных подразделений федерального правительства с вопросом, используются ли подобные демографические оценки в качестве основы для государственной политики стимулирования внутренней миграции.
Во всех случаях ответ был отрицательным.
«Это процесс, который в конечном счёте совершит рынок и который будут осуществлять сами провинции; нам здесь нечего делать», — заявили представители Каса-Росада.
В Министерстве дерегулирования также подтвердили, что Стурсенеггер использует подобные расчёты в своих публичных выступлениях, однако они не служат исходным материалом для разработки какой-либо конкретной государственной меры или программы.
На уровне провинций ситуация выглядит иначе. Некоторые региональные администрации уже фиксируют первые последствия изменения экономической географии страны.
Министр планирования, инноваций и модернизации провинции Неукен Рубен Эчеверри сообщил: «Сегодня прибывает около 30–35 тысяч человек в год».
Губернатор Роландо Фигероа и его команда также признают, что в последние годы значительно увеличился приток людей, которые либо уже получили работу в провинции, либо рассчитывают найти её после переезда.
Внутренний правительственный доклад, с которым ознакомилось издание, перечисляет факторы, способные дополнительно ускорить этот процесс. Среди них — растущие территориальные диспропорции, а также ухудшение социальных, трудовых и производственных условий в других регионах страны, прежде всего в крупных городских агломерациях, таких как конурбано провинции Буэнос-Айрес.
Сокращение формальной занятости, закрытие предприятий, спад промышленного производства и ослабление торговли и сферы услуг уменьшают возможности трудоустройства и тем самым могут превращаться в факторы, подталкивающие население к переезду.
Неукен готовится к росту населения: школы, больницы и жильё под давлением
Нынешние масштабы миграционного притока в патагонскую провинцию несопоставимы с отрицательной динамикой занятости в конурбано. Они также не компенсируют сокращение числа зарегистрированных рабочих мест в масштабах всей страны.
Последние ежемесячные данные Суперинтенденции рисков труда (SRT) показывают, что в мае количество предприятий сократилось на 2371 по сравнению с апрелем, а число занятых по всей стране уменьшилось на 70 217 человек.
Тем не менее власти Неукена уже разрабатывают инструменты, позволяющие заранее оценить возможные последствия дальнейшего демографического роста.
По словам Эчеверри, расчёты будущих миграционных потоков ведутся главным образом через секретариат Совета Планирования и Действий в целях Развития (COPADE). Там разработан сценарий миграции, основанный на «эффекте притяжения» Вака-Муэрта и исходящий из численности населения провинции свыше 710 тысяч человек, зафиксированной переписью 2022 года.
При умеренном сценарии население Неукена к 2050 году может достигнуть 1 179 762 человек.
В другом сценарии, дополнительно учитывающем миграцию из конурбано Буэнос-Айреса, население провинции может превысить миллион человек уже к 2030 году, а к 2050-му приблизиться к двум миллионам.
Исходя из этих траекторий, власти уже определяют потенциальные зоны демографического давления, где инфраструктуру придётся расширять заблаговременно.
Одним из наиболее показательных примеров является Аньело — населённый пункт, где последствия стремительного развития Вака-Муэрта проявились особенно отчётливо.
Три месяца назад мэр Фернандо Бандерет публично попросил семьи временно воздержаться от переезда в город: школы и система здравоохранения уже работают в условиях перегрузки.
Провинциальные власти рассматривают возможность создания Федерального фонда инфраструктуры и территориальной устойчивости Вака-Муэрта, заключения многолетних соглашений между федеральным центром и провинцией, выделения специальных квот в уже существующих национальных фондах, а также введения механизмов территориального возврата части прироста федеральных налоговых поступлений, создаваемого энергетической деятельностью.
Кроме того, планируется создание Обсерватории демографической и миграционной динамики.
При этом сами провинциальные чиновники подчёркивают, что речь идёт именно о сценариях, а не о гарантированных прогнозах.
«За двадцать лет может произойти многое. Это очень подвижно. Может что-то случиться с Вака-Муэрта, или вернётся прогрессистское правительство, из-за которого люди из конурбано не уедут. Трудно говорить о безумных проекциях. Используются сценарии, и на их основе мы принимаем гипотезы о том, что может произойти», — объясняют в провинциальной администрации.
Открытие экономики Аргентины и цена реформ для промышленности
Программе экономической открытости, которую анализирует Financial Times, предшествовала жёсткая бюджетная корректировка — первый этап экономического курса администрации Хавьера Милея.
Главным результатом этой политики правительство называет резкое замедление инфляции: с 289% в начале 2024 года до 34%.
Одновременно сокращение субсидий и государственных расходов негативно отразилось на располагаемых доходах домохозяйств.
Либертарианская администрация рассчитывает, что рост экспорта позволит преодолеть хронический дефицит иностранной валюты. При нынешнем правительстве экспорт энергоносителей, минерального сырья и сельскохозяйственной продукции достиг рекордных уровней.
Стурсенеггер утверждает, что благодаря уже реализуемым инвестиционным проектам Аргентина способна утроить экспорт в течение пяти-шести лет.
Ключевой энергетический потенциал страны сосредоточен в Вака-Муэрта, где совокупный портфель новых проектов превышает 100 миллиардов долларов.
На севере страны основные ожидания связаны с добычей меди, лития, серебра и других полезных ископаемых.
Правительство рассчитывает, что развитие этих отраслей обеспечит как прямую, так и косвенную занятость, одновременно стимулируя смежные производства, в частности производство удобрений и развитие нефтехимической промышленности.
В эфире Ahora Play Стурсенеггер упоминал два проекта стоимостью по 5 миллиардов долларов каждый, предусматривающие промышленную переработку газа Вака-Муэрта. Их реализация, по замыслу властей, должна помочь превратить Аргентину в крупнейшего в мире производителя удобрений.
В качестве сравнения министр приводил стоимость газа для бразильской нефтехимической промышленности — 10–12 долларов за миллион BTU против потенциальных 2,5 доллара при использовании аргентинской ресурсной базы.
Однако у этой модели есть и обратная сторона — положение отраслей, ориентированных преимущественно на внутренний рынок.
С конца 2023 года прекратили работу около 3400 предприятий обрабатывающей промышленности, а число утраченных формальных рабочих мест превысило 240 тысяч — именно такие данные приводит британское издание.
Среди наиболее пострадавших отраслей оказалась текстильная промышленность, столкнувшаяся одновременно со снижением импортных пошлин и притоком более дешёвой зарубежной продукции.
Представители промышленности критикуют открытие рынка без предварительного снижения налоговой нагрузки и без достаточного доступа к кредитованию, одновременно указывая на проблемы контрабанды и недобросовестной конкуренции.
Правительство отвергает эти аргументы, расценивая их как требования сохранить защиту компаний, которые, по мнению властей, десятилетиями извлекали выгоду из торговых ограничений.
Расчёт кабинета Милея заключается в том, что приток капитала и рост конкурентоспособных отраслей со временем компенсируют сокращение рабочих мест в менее производительных секторах экономики.
Закрытие Fate стало символом болезненного экономического перехода
Социальное напряжение, сопровождающее эту трансформацию, уже получило вполне конкретное воплощение.
В феврале закрылся шинный завод Fate, в результате чего без работы остались 920 человек.
В разгар конфликта вокруг предприятия один из представителей правительства, регулярно бывающий в президентской резиденции Кинта-де-Оливос, объяснял Infobae последствия нового макроэкономического режима для занятости в крупных городских агломерациях следующим образом:
«Всё это часть перехода от советской экономики, которую нам оставили. В этом процессе будут устранены непроизводительные рабочие места, но будут созданы другие».
В правительстве не скрывают, что новая система экономических стимулов в последние годы благоприятствовала углеводородному сектору, горнодобывающей промышленности, агропромышленному комплексу и финансовому посредничеству, одновременно оказывая давление на традиционные промышленные центры АМБА, Кордовы и Санта-Фе.
В прошлом месяце экономическая активность увеличилась на 0,8% по сравнению с предыдущим месяцем и на 2,7% в годовом выражении. Рост обеспечивался главным образом первичными секторами экономики, тогда как промышленное производство продемонстрировало отрицательную динамику.
Пока официальный дискурс обещает фундаментальную перестройку производственной карты страны, работники и профсоюзы сомневаются в том, что добывающие отрасли смогут в краткосрочной перспективе заместить промышленные рабочие места, исчезающие в Большом Буэнос-Айресе.
Даже демографическая модель, на которую ссылается Стурсенеггер, не предполагает мгновенного перелома. Если прогноз действительно реализуется, этот процесс растянется примерно на три десятилетия и будет напрямую зависеть от того, воплотятся ли в жизнь заявленные энергетические и горнодобывающие инвестиции.
Что прогноз Стурсенеггера не означает
Прогноз о четырёх миллионах человек касается исключительно возможной внутренней миграции аргентинцев из столичной агломерации в провинции, экономика которых связана с добычей природных ресурсов и новыми инвестиционными проектами.
Он не означает объявления массовой легализации иностранцев, открытия чрезвычайного миграционного режима или отказа от действующего курса на ужесточение контроля на внешней границе.
Получение аргентинского гражданства по-прежнему осуществляется в рамках установленных законом процедур. Никакой программы ускоренной выдачи паспортов сотням тысяч новых заявителей в связи с прогнозируемым внутренним перераспределением населения объявлено не было.
В нескольких словах:
Демографический прогноз Федерико Стурсенеггера — это не государственная программа переселения, а сценарий того, как изменение производственной карты Аргентины может изменить географию населения страны. Если Вака-Муэрта, горнодобывающие проекты и экспортно ориентированные отрасли продолжат привлекать инвестиции и создавать рабочие места, часть населения Большого Буэнос-Айреса в течение следующих десятилетий может переместиться в Патагонию и северные провинции.
Неукен уже ощущает миграционное давление и готовится к росту нагрузки на жильё, школы, здравоохранение и инфраструктуру.
Этот процесс не имеет отношения к массовой легализации иностранцев. Текущая миграционная политика Аргентины, напротив, характеризуется ужесточением правил въезда и пребывания. Судебное решение приостановило применение чрезвычайного указа, которым исполнительная власть пыталась ужесточить доступ к гражданству и связанным с ним правам.
Получение гражданства продолжится в рамках установленных процедур, однако никаких планов массовой или ускоренной выдачи аргентинских паспортов в связи с прогнозом Стурсенеггера не существует.