экономика
Как появился закон, согласно которому одно аргентинское песо стоило столько же, сколько один доллар США, и каковы причины его провала.
Более десяти лет в Аргентине сохранялась стабильность обменного курса, установленная законом: один песо стоил столько же, сколько один доллар США.
План «Конвертируемость» — это денежная система, разработанная в марте-апреле 1991 года министром экономики Доминго Фелипе Кавальо. Ее создание было направлено на то, чтобы остановить гиперинфляцию, охватившую последний этап правления Рауля Альфонсина, которого сменил Карлос Менем.
Конвертируемость устанавливала фиксированный обменный курс между новой аргентинской валютой, песо, и долларом США. В народе ее называли «один к одному». Считалось, что, привязав песо к более стабильной валюте, такой как американская, можно стабилизировать нестабильную экономику Аргентины.
Но было одно условие: этот паритет обязывал аргентинское государство иметь резервы в оборотной валюте. Это означало, что денежная эмиссия была привязана к увеличению средств в Национальном казначействе.
Изначально мера была эффективной, настолько, что правительство назвало формулу успешной. Неудивительно: всего за год инфляция снизилась с 1344 % до 25 %. Кроме того, этот рецепт позволил добиться стабильности цен и увеличить объем непроизводительного иностранного капитала.
В то же время открытие импорта дало населению доступ к международным товарам по очень низким ценам, а также позволило сотням тысяч аргентинцев выехать за границу. Одновременно с этим в Аргентине тихо рос самый тяжелый кризис за всю ее историю.
Крах «Конвертируемости»
Открытие импорта стало ударом по национальной промышленности, поскольку аргентинская продукция не могла конкурировать с низкими ценами на товары из-за рубежа. Одним из последствий этого стало закрытие многих заводов, что привело к постепенному росту безработицы и бедности.
В то же время, помимо безработицы и деиндустриализации, начиная с 1995 года, на экономику стали влиять новые факторы. В то время как транснациональные компании отправляли свои прибыли и дивиденды обратно в материнские компании, значительное число местных компаний, пользуясь благоприятной международной конъюнктурой и очевидно сильным песо, брали на себя долговые обязательства в долларах.
Были и внешние факторы, которые подрывали местную экономическую программу. Первым из них стал Мексиканский кризис «кризис текилы» 1995 года, но имевший последствия для всего мира. В Аргентине в тот год уровень безработицы достиг 17,5 %, что было очень высоким показателем для страны, привыкшей к однозначным цифрам.
Постепенное ухудшение макроэкономических показателей привело к сильному давлению на платежный баланс, который стал дефицитным. Чтобы покрыть этот дефицит, правительство пошло на авантюру: оно заняло в иностранной валюте.
В то же время соотношение между импортом и экспортом страны за все 11 лет конвертируемости не было положительным. В шести из этих финансовых периодов наблюдался отрицательный торговый баланс (импорт превышал экспорт). Дважды Аргентина имела дефицит в течение трех лет подряд (в 1992-1994 гг. и в 1997-1999 гг.).
Дальнейшие удары из-за рубежа пришлись на 1998 год, когда начался окончательный спад. Кризис в России был одним из факторов, но особенно повлияла девальвация валюты Бразилии, которая породила валютную асимметрию с главным партнером, но и конкурентом региона. Таким образом, в условиях привязки местной экономики к очень дорогому песо конкурентные преимущества для привлечения инвесторов были весьма незначительными.
Ухудшение состояния экономики в годы конвертируемости отразилось в статистике Indec. Уровень безработицы в мае 1991 года составлял 6,9 %, в 1994 году он вырос до 10,7 %, достиг пика в 17,5 % в 1995 году и, хотя снизился, к 2000 году достиг 15,4 %. То же самое можно сказать и о бедности, которая выросла с 19 % в 1990 году до более чем 35 % в 1995 году.
Когда наступил экономический крах, Менем ушел. Не имея шансов на второе переизбрание, Эдуардо Дуальде (который был его первым вице-президентом, но с которым он враждовал в конце 1990-х годов) возглавил список Justicialismo на выборах 1999 года. Победу одержал Альянс, созданный такими силами, как Радикальный гражданский союз и Фрепасо, а его кандидатом стал Фернандо де ла Руа.
Любопытно, что оба кандидата на пост президента страны в своих предвыборных платформах защищали конвертируемость, причем настолько, что давали гарантии ее неизменности независимо от того, кто победит.
Де ла Руа, преемник Менема, ввел в действие различные экономические рецепты, чтобы избежать краха, многие из которых были направлены на сохранение конвертируемости, настолько, что в заключительной части своего срока, во второй половине 2001 года, он призвал Доминго Кавальо на пост министра экономики.
Последней мерой стало введение так называемого «корралито», которое, учитывая декапитализацию банковской системы, привело к удержанию вкладов в сберегательных кассах и на текущих счетах, а также к тому, что снимать деньги из банков можно было только по 250 песо в неделю.
Де ла Руа также дезертировал, и после его отставки 20 декабря 2001 года ему пришлось покинуть Casa Rosada на вертолете на фоне кровавой социальной вспышки, в результате которой погибли 38 человек.
важный и очень дорогой урок истории
Известия Аргентины 13.12.2023