Активисты по защите цифровых прав бьют тревогу: доступ к мировой сети может стать исключительной привилегией для прошедших государственную проверку, тогда как большинство населения рискует оказаться в замкнутом пространстве изолированного национального интернета.

Масштабное отключение интернета как инструмент тотального контроля

Власти Ирана ввели одно из самых продолжительных и жестких отключений интернета в современной истории, начиная с 8 января 2026 года, на фоне резкого обострения антиправительственных протестов. Массовые выступления, вспыхнувшие в конце декабря 2025 года, быстро переросли в насильственные столкновения, что дало режиму формальный повод для беспрецедентных ограничений цифровых коммуникаций. По своей продолжительности и глубине этот интернет-shutdown превзошел даже египетский blackout 2011 года во время событий на площади Тахрир.

Согласно данным мониторинговой группы NetBlocks, уровень интернет-подключения в стране упал до 2–3 процентов от нормальных значений. Фиксировались масштабные сбои в работе протоколов Transport Layer Security и Domain Name System, а также внедрение политики whitelisting, предусматривающей выборочный доступ к сети. В последние дни отмечался незначительный рост показателей connectivity после более чем 200 часов практически полной цифровой изоляции, однако о возвращении к нормальному режиму речи не идет. Государственные СМИ и официальные представители прямо дают понять, что произошедшие изменения носят долговременный характер, предупреждая: неограниченный доступ к глобальному интернету после 2026 года восстановлен не будет.

Протесты, вызванные совокупностью социально-экономических проблем и глубоким недовольством режимом, привели к тысячам жертв. По данным базирующейся в США правозащитной организации HRANA, число погибших превысило 3090 человек, включая 2885 демонстрантов. Норвежская группа Iran Human Rights оценивает потери в 3428 человек, тогда как другие оценки варьируются от более чем 5000 до возможных 20 000 жертв. Число раненых, по сведениям правозащитников, составляет 2055 человек, а арестованных — 22 123. Власти, в свою очередь, заявляют, что задержание ключевых «террористических фигур» позволило им восстановить контроль над ситуацией. Жители Тегерана сообщают о полетах дронов над городом и отсутствии крупных акций протеста в последние дни, что свидетельствует о подавлении уличной активности. Вместе с тем курдская сепаратистская группировка заявила о проведении «вооруженных операций» в защиту протестующих.

Секретный план превращения интернета в государственную привилегию

Согласно отчету организации Filterwatch, специализирующейся на мониторинге интернет-цензуры в Иране, власти реализуют конфиденциальный план по превращению доступа к международному интернету в форму «правительственной привилегии». Источники внутри страны подтверждают: полноценный онлайн-доступ будет предоставляться лишь тем, кто получит специальный допуск безопасности или пройдет государственную проверку. Как пояснил глава Filterwatch Амир Рашиди, такие пользователи смогут подключаться к жестко отфильтрованной версии глобальной сети.

Для остального населения будет доступен исключительно национальный интернет — изолированная внутренняя сеть, полностью отрезанная от внешнего мира и находящаяся под тотальным мониторингом государства. Официальные лица, включая представителей правительства, сообщили иранским СМИ, что глобальный интернет останется заблокированным как минимум до Навруза, персидского Нового года, который отмечается 20 марта. По словам Рашиди, «власти, судя по всему, удовлетворены текущим уровнем подключения и считают, что этот shutdown помог им взять ситуацию под контроль».

Бывший чиновник Государственного департамента США, занимавшийся вопросами интернет-цензуры, охарактеризовал идею постоянного разрыва с глобальной сетью как «правдоподобную и одновременно ужасающую». При этом он подчеркнул масштаб возможных последствий: «Это не исключено, однако удар по экономике и культуре будет колоссальным, и в итоге власти могут сыграть против самих себя».

Технологическая архитектура изоляции: от китайского оборудования к национальной сети

Текущий blackout стал кульминацией почти 16-летних усилий иранского режима по установлению полного контроля над сетевой инфраструктурой. Центральным элементом этой стратегии выступает система whitelisting, позволяющая выборочно пропускать интернет-трафик для одобренных пользователей, полностью блокируя остальных. Исследователи из Project Ainita и Outline Foundation, специализирующиеся на анализе иранского сегмента сети, указывают, что соответствующие технологии, вероятно, были поставлены из Китая.

Речь идет о высокопроизводительных устройствах типа middleboxes, которые встраиваются непосредственно в сетевые кабели и позволяют осуществлять мониторинг, фильтрацию и манипуляцию трафиком. Такие системы масштабируемы до уровня инспекции всего национального интернет-потока, включая точечную слежку за отдельными пользователями, блокировку сайтов, протоколов и VPN-инструментов. «По сути, оборудование для цензуры встроено в каждую сеть, и правительство может препятствовать соединениям в обоих направлениях», — отмечают исследователи, попросившие об анонимности из-за угроз репрессий.

Параллельно власти предпринимают активные меры против спутникового сервиса Starlink, включая создание помех. Хотя прямые подключения к спутникам могут частично обходить ограничения, они сталкиваются с серьезными логистическими и техническими барьерами. Одновременно развивается национальный интернет, функционирующий исключительно внутри страны. Он включает созданные режимом сервисы: мессенджеры вроде Eitaa, поисковые системы наподобие Gerdoo, навигационные приложения и стриминговую платформу Aparat, позиционируемую как аналог Netflix. Эта сеть полностью контролируется государством и практически не имеет связей с внешним интернетом. В период протестов именно она оставалась единственной доступной цифровой средой для большинства иранцев.

Эволюция стратегии цензуры: от грубых отключений к системному контролю

Работа над национальным интернетом началась еще в 2009 году, после массовых протестов против переизбрания Махмуда Ахмадинежада. Тогда власти впервые полностью отключили сеть, не просчитав последствия. «Они просто выдернули вилку из розетки, не имея опыта, и это серьезно повредило их собственной инфраструктуре», — вспоминают эксперты Outline Foundation и Project Ainita. Уже к 2012 году был создан Верховный совет киберпространства, заложивший основы для формирования фрагментированной внутренней сети.

В последующие годы тактика отключений стала более изощренной. Во время протестов 2012 года блокировались конкретные сервисы — Facebook, Twitter, Google, — тогда как экономически значимые ресурсы продолжали работать. С 2015 года группа исследователей, используя Bitcoin для аренды серверных мощностей в Иране, провела масштабное сканирование IP-адресов и выявила формирование полностью изолированной внутренней сети, по своей логике схожей с корпоративными интранетами. «Это похоже на офисную сеть с файловыми серверами и HR-системами, которые недоступны извне, потому что они внутренние и не маршрутизируются наружу», — пояснил один из участников исследования.

Режим применял политику «кнута и пряника»: компаниям, банкам и провайдерам, переносившим свои дата-центры и офисы внутрь страны, предоставлялись налоговые льготы, тогда как отказавшимся фактически запрещали работать. В результате национальный интернет к настоящему моменту стал устойчиво функционирующей системой, полностью изолированной от глобальной сети и недоступной для внешних пользователей.

Международные реакции и стратегические вызовы для режима

Международные медиа освещают ситуацию под разными углами. Левый Al Jazeera концентрируется на постепенном восстановлении connectivity после недель смертельных протестов. Центристские издания, включая The Times of Israel и The Conversation, акцентируют внимание на беспрецедентной продолжительности shutdown, репрессиях и разрыве коммуникаций в ходе силового подавления. Правые источники — Handelsblatt, Svenska Dagbladet и Anadolu Ajansı — подчеркивают вопросы безопасности, арест «террористов» и планы режима либо на постоянную изоляцию, либо на поэтапное снятие ограничений после стабилизации обстановки.

Экс-наследник престола Реза Пахлеви, сын последнего шаха Ирана, проживающий в изгнании, заявил о неизбежности падения Исламской республики под давлением массовых протестов и выразил готовность вернуться в страну при таком сценарии. Президент США Дональд Трамп, в свою очередь, поблагодарил Иран за отмену казни более 800 задержанных демонстрантов. Правозащитные организации указывают на системный характер нарушений, формирование сети безнаказанности и сознательное ограничение потока информации как инструмента подавления.

Несмотря на впечатляющую мощь продемонстрированных средств контроля, превосходящих возможности многих других авторитарных режимов, эксперты сомневаются в долгосрочной устойчивости подобной модели. «Цифровое правозащитное сообщество небезосновательно бьет тревогу, но экономический ущерб в конечном итоге ляжет на плечи самих властей», — отметил бывший представитель Госдепартамента.

Фаза частичного восстановления и будущие риски

Государственное агентство Fars сообщило о поэтапном восстановлении связи: сначала SMS-сообщений, затем национального интернета и отечественных приложений, после чего, по официальной версии, должен последовать доступ к международной сети. Однако активисты опасаются, что речь идет лишь о маскировке истинных намерений и попытке скрыть реальный масштаб crackdown. Спутниковые альтернативы вроде Starlink сталкиваются с активными помехами, что существенно снижает их эффективность. Линии фиксированной телефонной связи работают с перебоями, дополнительно усиливая изоляцию.

По словам жителей северных городов у побережья Каспийского моря, протестная активность в последние дни заметно снизилась, улицы остаются спокойными. Норвежская организация IHR сообщает о примерно 20 000 задержанных. Белый дом подтвердил приостановку 800 казней. Пахлеви, однако, остается непреклонен в своих прогнозах: «Исламская республика падет перед лицом этих протестов».

В нескольких словах:

Системное ограничение доступа к информации и свободе выражения мнений в Иране подрывает фундаментальные основы открытого общества, наносит долгосрочный ущерб экономике и международному положению страны и усиливает репрессивный характер режима; международное сообщество должно нарастить давление в защиту цифровых прав граждан, свободного обмена идеями и предотвращения дальнейшей эскалации насилия, способствуя переходу к более прозрачным и ответственным формам управления.